Общественно-политический альманах Поиск. Альтернатива. Выбор

2 (2) Апрель 2016

Факторы политической стабильности в российском мегаполисе (на примере Санкт-Петербурга)
Попова Ольга Валентиновна
доктор политических наук, профессор, заведующая кафедрой политических институтов и прикладных политических исследований
Санкт-Петербургский государственный университет
В статье дается эмпирический анализ факторов политической стабильности на уровне мегаполиса. Использованы результаты трех эмпирических исследований 2015 и 2016 гг., проведенных в Санкт-Петербурге на базе Ресурсного центра социологических и интернет-исследований СПбГУ. Автор обращает внимание на такие факторы, как общественное мнение об эффективности деятельности институтов государственной власти, риски конфликтов с мигрантами, состояние экономики региона в условиях кризиса.
Данный материал был представлен
на Международной научной конференции «Проблемы устойчивости политических систем современного мира»
(Санкт-Петербург, 28–30 января 2016г.)

Политическая стабильность — устойчивое состояние институтов политической системы, позволяющее им эффективно функционировать и развиваться под влиянием внешних и внутренних факторов. Поддержание равновесия системы предполагает нейтрализацию экзогенных и эндогенных факторов, если их влияние может повлечь за собой радикальные структурные изменения системы, принципиально меняющие ее свойства. Непредвиденные или нежелательные изменения системы обычно оцениваются как признаки ее дестабилизации. Неоправданно частые смены политиков или государственных чиновников на ключевых управленческих постах, внезапная смена элитных групп у власти, непоследовательность проводимой внутренней и внешней государственной политики, рост политического насилия или протестной активности масс — все это однозначно свидетельствует об эскалации неуправляемости политических процессов и политической дестабилизации [1; 2; 3].

Проблема обеспечения стабильности политической системы России в ситуации обострения мирового системного экономического кризиса и международной политической обстановки во многом связана с состоянием и направленностью общественного сознания населения страны и, прежде всего, крупных городов, в которых достаточно высоки риски роста протестных настроений. В период высокой социальной и политической турбулентности, когда идет наложение внешних проблем и сложностей модернизации России, особую ценность имеет получение достоверной научной информации о том, каким образом эти процессы отражаются в массовом сознании населения российских мегаполисов, социально-политическая и экономическая жизнь в которых имеет свои особенности (например, проблемы с трудовыми мигрантами, больший потенциал экономического роста и использования дополнительных ресурсов, чем в других регионах).

В Санкт-Петербурге проживает около 4% населения страны. Этот город относится к так называемой «первой России» (крупные мегаполисы), население которой обладает более высокой чувствительностью к комплексу происходящих социально-экономических процессов, что позволяет зафиксировать ранние сдвиги характеристик массового сознания российских граждан. Кроме того, важным компонентом анализа является исследование так называемого репертуара тактик политического поведения (соотнесение допустимых для респондентов форм участия в политической жизни) и реального уровня включенности в общественную жизнь. Исследование массовых настроений за несколько месяцев до начала нового электорального цикла позволяет достаточно точно оценить риски роста протестных настроений граждан и перспективы их участия в выборах.

Важнейшим средством оценки стабильности политической системы является общественное мнение о работе институтов власти различного уровня. Не обладая должным уровнем знания о работе органов власти, но осознавая зависимость качества жизни от них, граждане достаточно точно улавливают малейшие изменения в работе управленческих структур. Известное выражение «Vox populi, vox Dei» («глас народа — глас божий») традиционно ставится под сомнение, когда речь идет о значимости общественного мнения в оценке политических институтов. Определенные основания для этого есть. Так, открытыми остаются вопросы о том, что же в действительности измеряется, в состоянии ли объективно оценить работу институтов люди, которые судят о них, подчас не зная реальной ситуации, лишь на основании личных впечатлений и сообщений в СМИ, насколько на эти оценки влияют собственные политические предпочтения населения? Осознавая значимость всех этих обстоятельств, мы считаем, что оценка эффективности работы институтов власти позволяет фиксировать негативные признаки политической дестабилизации и должна учитываться при разработке стратегии позиционирования этих структур в информационном пространстве. Эмпирическое политическое исследование «Особенности политического сознания жителей российских мегаполисов в ситуации системного экономического кризиса: на примере г. Санкт-Петербурга» («Политический Петербург-2015»)1 позволяет понять, каковы представления об эффективности деятельности институтов власти у жителей не только этого мегаполиса, но крупных промышленных городов, в которых проживает значительная часть населения современной России.

Методически важной задачей является определение степени доверия населения политической информации, получаемой из различных источников. Еще три года назад во время всплесков протестного движения вопрос этот, казалось, был разрешен раз и навсегда. «Партия телевизора» и «партия Интернета» — так обозначались две группы населения, не только получающие политические сведения из этих двух различных цифровых источников, но и принципиально доверяющие только «своему» каналу коммуникации. По прошествии трех лет четко прорисовывается иная картина (см. табл. 1)2.

Полученные результаты однозначно свидетельствуют, что уровень доверия политическим сообщениям из Интернета на сегодняшний день несколько ниже, чем ТВ-программам.

Результаты исследования показали, что работу представительных органов власти, судя по рассчитанному индексу, петербуржцы оценивают в целом несколько ниже, чем силовых структур, призванных обеспечивать безопасность и стабильность Российского государства (исключение составляют институт президента и полиция; см. табл. 2). Индекс оценки эффективности работы рассчитывался как отношение разности высоких положительных и отрицательных оценок к общему числу определившихся с ответами.

Среди институтов власти больше всего высоких положительных оценок получил институт президента — 83%. Отметим, речь не идет о том, нравится или не нравится людям В.В. Путин, принимают ли они его политическую позицию или нет. Четыре пятых респондентов признают, что он справляется со своими обязанностями на «хорошо» и «отлично». На этом фоне доля высоких положительных оценок премьер-министра выглядит несколько более скромно — 44,9%. Отчасти это объясняется тем, что в массовом сознании активная позиция России в области внешней политики связывается прежде всего с деятельностью президента, в то время как премьер-министр несет ответственность в основном за ситуацию внутри страны в области экономики и социальной политики. Стоит, кстати, обратить внимание на то обстоятельство, что работа Правительства РФ была оценена на «четыре» и «пять» несколько большим количеством респондентов — 50,9%.

В целом деятельность исполнительных органов власти кажется горожанам более эффективной, чем законодательных. Особенно наглядно это видно при сравнении доли высоких оценок работы губернатора и регионального парламента; в первом случае показатель составляет 44,5%, во втором — только 27,2%. Более того, работа законодательных органов власти явно недостаточно освещается в СМИ. Так, деятельность Совета Федерации РФ и регионального парламента не смогли оценить вообще соответственно 28% и 22% респондентов.

Анализ стандартизованных остатков в комбинированных таблицах, сочетающих оценки институтов власти и социально-демографических характеристик респондентов, позволяет составить социальный портрет групп, склонных так или иначе оценивать работу государственных управленческих структур. Этот анализ показывает, что наиболее жесткими критиками деятельности и Совета Федерации, и Государственной думы, и Законодательного собрания Санкт-Петербурга являются мужчины, причем чем выше ранг законодательной структуры, тем жестче эта критика проявляется. Еще более явно гендерные расколы проявляются в оценке работы органов исполнительной власти. Здесь уже не просто мужчины проявляют склонность оценивать работу правительства и премьер-министра более негативно, но женщины демонстрируют готовность выставить самую высокую оценку «отлично».

Межпоколенческий раскол достаточно четко обозначается в оценке работы муниципальных органов власти, регионального и обеих палат федерального парламентов, а также премьер-министра. Если горожане в возрасте до 30 лет склонны ставить оценки «4» и «5», то петербуржцы старше 60 лет демонстрируют склонность выставлять самые низкие баллы.

Достаточно неожиданно выглядит позиция 40–49-летних петербуржцев в отношении главы региональной исполнительной власти, которые на фоне достаточно высоких оценок по выборке в целом проявляют склонность в значительно большей степени, чем другие возрастные группы, крайне негативно оценивать работу губернатора Санкт-Петербурга.

Высокие положительные оценки работе Правительства РФ в большей степени, чем другие группы, готовы давать горожане в возрасте до 40 лет, а петербуржцы пенсионного возраста демонстрируют склонность оценивать ее негативно или на «удовлетворительно».

При общем положительном настрое петербуржцев в отношении качества работы президента нашей страны, наибольшую лояльность проявляет самая старшая возрастная группа.

Профессия респондентов определенным образом также сказывается на их оценке работы институтов власти. Например, наибольшую неосведомленность в отношении работы муниципалитетов проявляют промышленные рабочие; рядовые работники торговли и студенты, скорее, оценят ее на «хорошо»; предприниматели — на «двойку».

В большей степени, чем представители других профессий, склонны оценивать работу регионального парламента на «удовлетворительно» безработные, военнослужащие, инженеры и технические специалисты, на «неудовлетворительно» — представители управленческого аппарата, на «единицу» — представители науки, культуры и образования, затрудняются дать какую-либо оценку предприниматели. Студенты и учащиеся средних специальных учреждений в большей степени, чем другие группы, склонны оценивать работу региональных парламентариев на «хорошо» и «отлично». Пенсионеры склонны или ставить самые низкие оценки, или уклоняться от оценок.

Из всех профессиональных групп наиболее высокие оценки работе губернатора Санкт-Петербурга склонны давать промышленные рабочие, ИТР – на «удовлетворительно», рядовые работники торговли и предприниматели склонны затрудняться с оценкой работы главы исполнительной власти. Несколько большую склонность негативно оценивать работу губернатора, чем другие группы, проявили рядовые работники сферы услуг. Работники культуры, образования и здравоохранения, а также предприниматели в большей степени, чем другие профессиональные группы, склонны негативно оценивать работу федерального парламента, в то время как высокие положительные оценки ей склонны давать домохозяйки и студенты, а пенсионеры затрудняются в ответе на этот вопрос.

Оценка работы премьер-министра профессиональными группами позволила выявить следующие особенности: на «отлично» склонны ее оценивать рабочие и домохозяйки, на «хорошо» — безработные, на «удовлетворительно» — технические специалисты и инженеры, на «неудовлетворительно» — работники управленческого аппарата. Оценки пенсионеров расколоты между вариантами ответов «неудовлетворительно» и «затрудняюсь ответить».

Казалось бы, при столь высоких оценках работы президента никаких различий между группами обнаружить нельзя. Тем не менее в большей степени, чем другие группы, склонны оценивать его работу на «удовлетворительно» инженерно-технические работники и рядовые работники торговли, а наибольшую склонность оценить на «неудовлетворительно» — предприниматели и студенты вузов. Наиболее сильную поддержку президент получает от пенсионеров, которые склонны оценивать его работу на «отлично», саму плохую — от респондентов с минимальными доходами.

Есть определенные зависимости между статусной самооценкой жителей Санкт-Петербурга и их склонностью определенным образом оценивать работу органов власти. Налицо проявление линейного сознания, когда качество работы органов власти оценивается только на основании собственного социального самочувствия. Так, например, самые низкие оценки работе муниципалитетов склонны выставлять люди, относящие себя к низшему слою и имеющие ежемесячный душевой доход в семье в среднем от 10 тыс. до 13 тыс. рублей. При ежемесячном доходе от 13 тыс. до 18 тыс. рублей на каждого члена семьи оценки работы муниципалитетов вырастают уже до «удовлетворительно».

Относящие себя к среднему слою горожане склонны оценивать работу регионального парламента на «хорошо» и «отлично»; между низшим и средним слоем — на «неудовлетворительно», к низшему — на «единицу». При этом среднемесячные доходы оценивающих работу Законодательного собрания Санкт-Петербурга горожан на каждого члена семьи находятся в диапазоне от 13 тыс. до 18 тыс. рублей. Точно так же горожане, относящие себя к среднему слою, склонны оценивать работу губернатора, премьер-министра, президента и Госдумы на «хорошо» и «отлично», а к низшему слою — на единицу. Ежемесячный доход в 18–20 тыс. рублей на каждого члена семьи — существенное основание для горожан оценивать работу губернатора на «хорошо». Готовы оценивать работу Совета Федерации на «отлично» преимущественно горожане с ежемесячным доходом на каждого члена семьи выше 28 тыс. рублей, но при этом оценка работы премьер-министра — «удовлетворительно».

В оценках работы правительства границы несколько смещены: представители среднего класса склонны оценивать ее на «хорошо», а респонденты между средним и низшим слоем, а также относящие себя к низшему слою — на единицу. При этом люди с самыми высокими доходами и отказывающиеся говорить о них склонны оценить работу этого института федеральной исполнительной власти на «неудовлетворительно».

Из «силовых» структур в исследование были включены три — полиция, армия и ФСБ. ФСБ является «терра инкогнита» для почти 40% опрошенных. Вместе с тем доля людей, негативно оценивающих работу этой «силовой» структуры, не превышает 7,3%. Наибольшие нарекания вызывает работа полиции. Негативные оценки выставлены органам внутренних дел более чем 30% респондентов. Эффект смены руководства Министерства обороны РФ, изменений, происходящих в армии в последние несколько лет, а также рост патриотических настроений вследствие событий в Крыму в 2014 г. привели к тому, что только каждый одиннадцатый респондент оценивает работу армии негативно. Суммарная доля высоких положительных оценок составляет 61,1% — почти 2/3 респондентов.

В оценке работы силовых структур явных гендерных расколов не наблюдается. И мужчины, и женщины демонстрируют сходное, весьма негативное, отношение к работе полиции. В отношении ФСБ и армии «слабый пол» в своих ответах честно склонен затрудняться с оценками, в отличие от мужчин. Единственное значимое отличие заключается в более негативном отношении мужчин к качеству работы ФСБ.

Молодые петербуржцы в возрасте до 30 лет демонстрируют наиболее положительное отношение к полиции, однако чем старше респонденты, тем более жесткие негативные оценки они склонны давать. Совершенно иную картину мы видим в оценке работы армии. Молодые люди призывного возраста склонны выставлять оценки от «1» до «3», в то время как 40–49-летние респонденты в большей степени, чем другие группы, готовы выставлять оценку «4», а самые старшие респонденты в возрасте от 60 лет и старше и вовсе демонстрируют склонность к отличным оценкам. Наиболее скептически к работе полиции относятся рабочие и домохозяйки, а также горожане с самыми низкими доходами; управленцы и горожане с ежемесячным доходом на каждого члена семьи выше 28 тыс. рублей склонны оценивать ее на «удовлетворительно»; студенты в большей степени, чем другие группы, склонны выставлять оценки «хорошо» и «отлично»; пенсионеры предпочитают уклониться от ответа. Склонны оценивать работу полиции на «хорошо» относящие себя к среднему классу петербуржцы, к низшему — на единицу.

Работа военнослужащих вызывает положительные оценки у технических специалистов и инженеров, военнослужащих. Наиболее скептическое отношение к деятельности военнослужащих демонстрируют работники коммунальных служб и студенты. Пенсионеры склонны выставлять деятельности Российской армии либо самые высокие оценки, либо затрудняются с ответом. Единственной статусной группой, чьи оценки выбиваются из средних показателей по выборке, является промежуточная между высшим и средним слоем группа; эти люди склонны оценивать работу армии на «неудовлетворительно». На «троечку» деятельность Российской армии склонны оценивать горожане с ежемесячным доходом от 13 тыс. до 18 тыс. рублей.

В большей степени, чем другие группы, склонны оценивать работу ФСБ на «отлично» самые молодые горожане, самые старшие склонны затрудняться с оценкой работы этой структуры. Наибольший скептицизм в оценках работы ФСБ демонстрирует гуманитарная интеллигенция и относящие себя к низшему слою петербуржцы; нейтральные оценки склонны высказывать работники торговли и сферы услуг, относящие себя к промежуточному между высшим и средним слоем горожане; наиболее положительные — военнослужащие и студенты вузов, склонны затрудняться с оценками пенсионеры.

Исследование «Социально-политические настроения населения Санкт-Петербурга-2016»3 показало, что в целом баланс оценок развития ситуации процессов в стране у петербуржцев положительный. Однако оценки экономической ситуации в Санкт-Петербурге продемонстрировали, что значительная часть населения испытывает трудности, связанные с экономическим кризисом. Как хорошую и очень хорошую экономическую ситуацию в городе оценили 7,8% респондентов, как среднюю — 53,1%, как плохую и очень плохую — 32,6%. 42,0% петербуржцев опасаются потери источника заработка, дохода, места работы.

Только 13,5% респондентов считают, что в материальном плане их жизнь за прошедший год стала лучше, у 35,9% она не изменилась, но 48,9% петербуржцев убеждены, что она стала, безусловно, хуже. С оптимизмом смотрят в будущее 22,5%, с пессимизмом — 21,4%; полагают, что за год ничего не изменится, 36,2% опрошенных.

Помимо ухудшающейся экономической ситуации, на социальную и политическую стабильность в Санкт-Петербурге влияют миграционные процессы. Хотя 49,3% опрошенных петербуржцев оценивают отношения петербуржцев и приезжих (речь идет не о туристах, а о приезжающих из других регионов России на постоянное место жительство или из других государств на временную работу) как спокойные, 39,6% респондентов считают их напряженными. 22,9% полагают, что за последний год произошло заметное ухудшение этих отношений.

Особые риски протестных действий в Санкт-Петербурге связаны с проблемой трудовых мигрантов из бывших республик СССР. Парадоксальным образом в мегаполисе, где число родившихся в Санкт-Петербурге постоянных жителей составляет, согласно результатам опроса, менее 2/3 — 63,4%, приехавших из другого региона России — 30,8%, а из другого государства — 5,8%, страхи, связанные с негативными стереотипами в отношении трудовых мигрантов, достаточно серьезно укоренены в массовом сознании. Так, 33,8% полагают, что в случае их увольнения рабочее место может быть занято этой категорией приезжих. 29,7% полагают, что мигранты совершают преступления чаще, чем местные жители. 9,9% респондентов заявили, что готовы присоединиться к акциям протеста против трудовых мигрантов.

Политический протест может проявляться в различных формах – от голосования на выборах за представителей парламентской оппозиции или непарламентских партий (что особенно актуально в связи с началом нового электорального цикла) до участия в санкционированных и несанкционированных акциях протеста.

Проведенный опрос показал, что при сохранении достаточно высокого потенциала доверия со стороны петербуржцев у «партии власти» (до 35,4% петербуржцев готовы проголосовать за «Единую Россию», если бы выборы состоялись в ближайшее воскресенье) действующим парламентским оппозиционным партиям отдали бы свои голоса 25,1% опрошенных петербуржцев, 11,6% готовы поддержать непарламентские партии. О достаточно негативном отношении к существующей партийной системе и общественным организациям свидетельствует и то обстоятельство, что 19,9% опрошенных предпочли бы отдать на выборах свой голос абсолютно независимому кандидату, не связанному с какими-либо объединениями.

Еще более показательны данные, связанные с потенциальной готовностью и реальным опытом участия в санкционированных и несанкционированных акциях протеста. Участвовали в санкционированных акциях протеста 3,9% опрошенных петербуржцев, но готовы прибегнуть к ним в случае необходимости до 18,2%. Опыт участия в несанкционированных акциях протеста имеют менее 1% респондентов, однако заявили о готовности участвовать в них в случае нарушения их прав 6,2% опрошенных петербуржцев.

Итак, исследования свидетельствуют о сохранении относительно стабильной политической ситуации в Санкт-Петербурге в условиях обострения экономического кризиса. При достаточно скептической оценке петербуржцами экономического положения в мегаполисе стабильность поддерживается убежденностью населения в общем правильном ходе дел в стране, надежды на улучшение экономической ситуации в течение года и персональным авторитетом главы государства. Сохраняется определенный потенциал неуправляемой публичной протестной активности. Дестабилизирующими факторами являются конфликтогенные риски увеличения числа трудовых мигрантов на фоне ухудшения экономической ситуации и невысокая эффективность деятельности политических партий и институтов законодательной власти на федеральном и региональном уровнях в представлениях петербуржцев. ■




1 Исследование выполнено Центром эмпирических политических исследований на базе Ресурсного центра социологических и интернет-исследований Санкт-Петербургского государственного университета в марте–апреле 2015 г. Руководитель проекта — докт. полит. наук, профессор, заведующая кафедрой политических институтов и прикладных политических исследований факультета политологии СПбГУ О.В. Попова. Исследовательская группа: канд. полит. наук, доцент О.В. Лагутин, канд. полит. наук, доцент Е.О. Негров, канд. полит. наук, ассистент Д.А. Будко, ассистент А.В. Шентякова, аспирант 2-го курса Р.К. Кучаков, аспирант 2-го курса С.И. Суслов. Метод опроса — телефонное интервью. Объем выборки — 1150 человек, постоянно проживающих в Санкт-Петербурге. Выборка случайная, бесповторная, с квотированием следующих признаков: пол, возраст, образование, район проживания. Использована методика школьных оценок, позволяющая респондентам наиболее точно выразить свою точку зрения на поставленный вопрос.

2 Исследование выполнено преподавателями кафедры политических институтов и прикладных политических исследований на базе Ресурсного центра социологических и интернет-исследований Санкт-Петербургского государственного университета в мае–июне 2015 г. Руководитель проекта — канд. полит. наук, доцент кафедры политических институтов и прикладных политических исследований факультета политологии СПбГУ Д.С. Мартьянов. Исследовательская группа: канд. полит. наук, доцент Е.О. Негров. Метод опроса — телефонное интервью. Объем выборки — 1150 человек, постоянно проживающих в Санкт-Петербурге. Выборка случайная, бесповторная, с квотированием следующих признаков: пол, возраст, образование, район проживания.

3 Исследование «Социально-политические настроения населения Санкт-Петербурга — 2016» проведено преподавателями кафедры политических институтов и прикладных политических исследований СПбГУ (докт. полит. наук, профессор, заведующая кафедрой О.В. Попова (руководитель проекта), канд. полит. наук, доцент О.В. Лагутин, канд. полит. наук, доцент Е.О. Негров, канд. полит. наук, ассистент Д.А. Будко, ассистент А.В. Шентякова) на базе Ресурсного центра социологических и интернет-исследований СПбГУ в период с 26 января по 18 февраля 2016 г. Объем выборки — 1151 человек, постоянно проживающих в Санкт-Петербурге. Выборка случайная, бесповторная, с квотированием следующих признаков: пол, возраст, образование, район проживания.
Поддержка сайта Nowmedia